тётушка Ро (rohirrimka) wrote,
тётушка Ро
rohirrimka

Старая сказка

Давно я не рассказывала вам сказок на ночь. А тут вдруг сочинилась. Ну то есть как... это старая и всем известная сказка про Золушку. Просто увиденная с еще одной стороны. Так что вроде бы ничего особенного, ничего непредсказуемого. Но тем не менее, мне захотелось ее рассказать.
И название у нее пока только рабочее... потому что я честно не могу придумать другое.

Крестная не-фея
[Spoiler (click to open)]
Стук в дверь разогнал подступившую дремоту. Я начала было подниматься из кресла, но спину пронзила резкая боль, так что я откинулась снова на мягкую подушку и крикнула:
— Не заперто, входите!
Да, за шестнадцать лет жизни здесь я так и не научилась запирать двери. К тому же, в это время дня прийти ко мне мог лишь один человек.
Серо-золотой вихрь ворвался в дом и приземлился на скамеечку возле кресла, оказавшись жизнерадостной девушкой в удивительно старом и грязном платье.
— Крестная! — воскликнула она, обнимая мои колени и укладывая на них голову. — Как я соскучилась!
— Я тоже рада тебя видеть, милая. — Я погладила золотистую копну волос, выбившихся из-под косынки.
Девушка подняла голову и забавно сморщила носик.
— Прости, но я никак не могла прийти вчера. Матушка затеяла большую стирку.
«Что означает, что твоя мачеха дала указание, а занималась стиркой ты одна», — молча добавила я. Вслух же сказала:
— Если ты стирала, то почему же платье такое грязное?
— Потому что это было вчера, а сегодня я чистила дымоходы во всех комнатах. Матушка считает, что они слишком коптят.
Я вздохнула и принялась оттирать платком пятна сажи с гладкого лба и румяных щек.
— Но это ведь не повод забывать о чистоте. Ты только посмотри на себя! Эдак на тебя ни один принц не обратит внимания.
Девушка скорчила смешную рожицу.
— Да откуда тому принцу взяться? Зато и матушка меньше на меня внимания обращает, когда я неумытая.
Я тихо хмыкнула. Умненькая девочка, все верно понимаешь. Конечно твоя «матушка» не любит лишних напоминаний о том, насколько ты прелестнее ее родных дочерей. Зависть, конечно, глупое чувство. Но твоя красота, милая, часто толкала и будет толкать людей на не самые умные поступки. И не только людей.
Я ведь помню, как сама впервые увидела эти золотые локоны, розовые щеки и невинный взгляд. Сотни, тысячи лет мы приходили к колыбелям людских детей, чтобы вручить им свои дары. Человеческие сказки часто говорят о феях, как о добрых и заботливых созданиях, несущих подарки от щедрости своей души. Но задумывался ли кто, почему самые интересные дары достаются обычно принцессам и королевским наследникам? Да потому, что эти дети, вырастая, владеют и повелевают многим.
Поверьте мне, мы никогда и ничего не делаем просто так. Нет, мы не злые, но мы и не добрые. Да, у нас тоже может испортиться настроение, но тот знаменитый случай произошел вовсе не потому, что кого-то забыли пригласить на праздник. Как будто феям когда-то требовалось приглашение. Мы сами выбираем, кого навестить, в зависимости от наших собственных интересов, и уж можете мне поверить, у той феи были свои планы, когда она замыслила лишить короля единственной наследницы. Я даже могу сказать, что планы эти касались королевства соседнего. Да, может быть, вторая фея и испытывала симпатию к обреченной малышке, но гораздо сильнее она испытывала желание навредить сопернице. А что касается результата их вражды... Вы думали когда-нибудь о том, что случилось с окрестными землями, когда замок и весь двор погрузились в зачарованный сон? И каково это было — проснуться в мире, где все изменилось, в политике давно другие имена и все, кого вы знали за пределами замка, давно умерли?
Я не отличалась от других. Раз за разом приходила я к колыбелям малышей, которые были фигурками в нашей большой игре. Может, со временем я начала уставать от нее, может, давно добилась всего, чего хотела, но к новорожденной дочери королевского лесничего я пришла лишь потому, что он отлично заботился о моем любимом лесе. Я хотела отблагодарить человека, а заодно сделать так, чтобы ему не хотелось менять место работы. Нас оказалось там двое. Конечно, дочь лесничего это не принцесса, но у этой малышки был большой потенциал, мы обе его видели. Другая фея пришла первой и первой произносила слова, наградив девочку кротким мягким нравом. И в этот миг я поняла её игру. Мы обе чувствовали, что матери долго не прожить, обе знали, то лесничий захочет снова жениться, чтобы у ребенка была мать, а в доме — хозяйка. Похоже, и новую жену ему уже выбрали. Мы обе понимали, что напористая и грубая особа легко подавит кроткую падчерицу, убьет ее радость, лишит возможности достичь того, что для нее возможно. Наверное, у той феи был свой интерес. Я не думала об этом. Я вдруг увидела будущее лежащей в колыбели крошки, увидела, сколько ждет ее обид, боли и горечи.
Не знаю, что тогда произошло. Сотни лет я приходила одаривать малышей и не чувствовала ничего, кроме любопытства. У фей не бывает детей, и вид человеческих младенцев не вызывает у нас умиления. Но... Я посмотрела в голубые глаза девочки, доверчиво тянущей ко мне руки, и вдруг поняла, что ее крохотный кулачок крепко держит мое сердце. И я не могу обмануть эту доверчивую открытость. Не хочу, чтобы погас этот свет. Чего бы я ни пожелала ей, теперь этого будет недостаточно. Я хочу быть рядом, когда на нее свалится беда, хочу утешать ее в горе, защищать от невзгод и помочь пережить все, что ей предстоит. Проще говоря, я вдруг почувствовала к человеческому ребенку что-то нежное, теплое, такое человеческое и непонятное. Но беда в том, что феям нельзя вмешиваться в дела людей кроме четко оговоренных законами моментов. Поэтому мне оставался лишь один выход.
Когда пришел мой черед говорить, я пообещала малышке солнечный характер, чтобы ничто не сломило ее веры в людей и чудеса. А потом повернулась к лесничему.
— Ты нашел уже крестную мать для девочки?
— Я думал..., — начал он, но я перебила:
— Не думай! Я стану ее крестной. Я приду на крестины, жди.
По крайней мере, ошеломленные лица лесничего и другой феи хоть немного разогнали мой собственный страх.
Да, конечно я была напугана собственным решением. И дело не в том, что взяв на себя человеческую ответственность, я погружала себя в человеческую жизнь с ее насущными заботами и хлопотами. И не в том, что мне предстояло отныне жить среди людей. Главное и неизбежное — магия плохо сочетается с церковными ритуалами. С того момента, как я переступила порог церкви с малышкой на руках, мои способности начали слабеть. За шестнадцать лет от них почти ничего не осталось.
Без магии меня стал настигать возраст. Он и по меркам моего народа был немалым, а уж по человеческим-то и вовсе немыслимым. Вот и снова он напомнил о себе острой болью в спине, когда я потянулась расчесать встрепанное золото волос крестницы. Что же... Человеческие женщины расплачиваются за радость материнства болью деторождения. Я платила свою цену за улыбку обнимающей мои колени девушки. Крестница подняла на меня глаза:
— Ах, крестная, как хорошо с тобой! Хотела бы я остаться подольше, но завтра с утра столько забот...
— Ничего, малышка, — я погладила ее по щеке. — Поверь мне, скоро все изменится к лучшему.
Она улыбнулась, расцеловала меня в обе щеки и выпорхнула из дома. Я проводила ее внимательным взглядом. Это было не пустое утешение, я действительно чувствовала, что близится решающее время, момент, который определит, раскроет ли моя малышка весь свой потенциал.

Предчувствия меня никогда не обманывали, и я совсем не удивилась, когда через пару дней крестница ворвалась в мой домик с горящими глазами и с порога затараторила о королевском бале и приглашениях от принца.
— Вряд ли это понравится матушке, — добавила она, вдруг остановившись. — Но она ведь не может нарушить указ самого короля, верно? Там ведь сказано — все девицы в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет, а мне ведь уже почти семнадцать! Она не сможет мне запретить и я, наконец, поеду на бал. Как же это чудесно, крестная!
Я не испытывала такой уверенности в законопослушности второй жены лесничего, у меня были причины подозревать, что она сделает все, чтобы помешать малышке, но я не стала портить настроение крестнице. В конце концов, позаботиться о том, чтобы девушка попала на бал — это и есть задача ее крестной.
До назначенного срока оставалось три дня, так что я взялась за дело, засучив рукава. Что нужно девушке, чтобы блистать на своем первом балу? Разумеется, наряд, а еще экипаж и достойное сопровождение. Ведь свита делает не только короля. Может быть, у меня почти не осталось магических способностей, но за долгие годы жизни я оказывала услуги многим, и, по обычаю фей, не брала плату, а оставляла за собой право потребовать обратную услугу. Теперь пришло время собирать долги.
Предводитель цветочных эльфов моего леса пообещал обеспечить экипаж . Размер не станет проблемой — волшебные кареты вмещают всех, кто в них садится. Семейство садовых гномов, которое я исцелила от бесплодия ( и несколько раз жалела об этом, когда они заполонили весь сад) обещало предоставить шесть лихих молодцов-лакеев. Оборотень, которого я избавила от лунной зависимости, согласился быть кучером и править шестеркой келпи, которых местный водяной давным давно проиграл мне в споре.
Теперь осталось позаботиться о платье. Это дело я не доверила никому. В сундуке нашелся сверток чудесного голубого шелка, когда-то сохраненный для себя, да так и оставшийся неиспользованным. Парочка пауков в сарае вовсю трудилась над кружевами — я предусмотрительно зачаровала их давным-давно. Нитки речного жемчуга подарили мне русалки – я сделала невидимым для людей озерцо, в котором они растили своих малышей и куда крестьяне повадились ходить с сетями, а потом требовать выкуп за выловленный молодняк. Конечно, делать это они стали после того, как русалки слишком уж увлеклись, всплывая у самой мельницы и заманивая деревенских парней своими песнями, отчего молодняка у них становилось больше, а женихов у деревенских девиц меньше. Мне тогда пришлось разозлиться и хорошенько всех припугнуть, чтобы они согласились примириться. Но не могла же я, в самом деле, позволить, чтобы рядом с моим любимым лесом разворачивалась настоящая война. Кое-кто из моих сородичей фыркал, что мол, не дело фее вникать в такие мелочи, но меня покой вокруг заботил больше чужого мнения.
Итак, я разложила перед собой ткани и украшения, достала ножницы, иголки, булавки, и принялась за шитье. Конечно же я умела это делать безо всякой магии. Прошедшие годы многому меня научили, но и раньше я не гнушалась рукоделия — все феи этим увлекаются в какой-то мере, разве что с добавлением волшебства вышивки получаются живыми, а платья сами меняют размер.
За три дня я ни разу не видела крестницу, но это меня не удивляло. Сколь ни была я занята приготовлениями к балу, у нее забот было еще больше. Наверняка упрямая мачеха поручила все бальные заботы послушной падчерице, тем более, что руки у девочки и впрямь были золотые. И это безо всяких волшебных даров, заметьте. Да, я очень гордилась своей малышкой.
И вот наступил день бала. Платье было готово, хоть это и стоило мне ноющей спины, уставших глаз и боли в пальцах, в последнее время гнущихся заметно хуже. Зато творение моих рук наверняка будет самым красивым во дворце. Как и девушка, для которой оно предназначалось, была прекраснее всех придворных.
Солнце село за лесом, что когда-то был моим. В замке на холме ярко горели все окна — бал начинался. Я приказала младшему гному взять платье, собрала все необходимое, потом подумала и взяла еще трость. Мне не нравилось ею пользоваться, она делала меня похожей на человеческую старуху, но сегодня скорость и облегчение боли были важнее.
До дома лесничего я добралась быстро. Здесь, как я и ожидала, света не было нигде. Кухарку отпустили пораньше, конюх, он же кучер, сопровождал хозяев. Но где же моя крестница? Скомандовав гному ждать, я заглянула на кухню и в маленькую каморку, где обычно спала малышка, но не нашла ее. Потом я выглянула в сад — и, конечно же, там она и была, сжавшаяся в комочек под старым розовым кустом, помнящим еще ее мать, и горько рыдающая. Так горько, что даже не заметила моего появления, пока я не опустилась с нею рядом на траву и не обняла за плечи.
— Ах, крестная, — всхлипнула она, прижалась ко мне и заплакала еще горше, со всем отчаянием семнадцатилетней девушки, только что потерявшей свою мечту.
— Ну, ну, не нужно так, милая. Ничего страшного не случилось...
— Но, крестная, ты не понимаешь. Я не... я не попаду на бал. Ма... матушка сказала, что она вовсе не думала нарушать приказ короля, но я сама виновата, потому что так ленива, и медлительна, и не успела выполнить свою работу. Что если бы я успела, то, конечно, поехала бы на бал. И что я... я...
— Так, — прервала я. — А что делал в это время твой отец?
— Он... он был на конюшне, крестная, помогал конюху с лошадьми.
— И не спросил, почему его дочь не едет со всеми?
— Он... он просто забыл, крестная, ты не представляешь, у него столько забот, и он был занят, он бы обязательно вспомнил, но Мечик, его конь, приболел, а потом матушка его торопила... правда, крестная, он просто забыл, он не виноват. Если бы я была быстрее...
Я решительно взяла девушку за руки и заставила посмотреть мне в глаза.
— Ты совершенно ни в чем не виновата, милая. Слышишь? Ни в чем. Ты замечательная, добрая, заботливая, прекрасная девушка, и ты больше всех заслужила поездку на бал.
— Но мне еще столько надо сделать...
— Об этом не думай, милая. Для этого у тебя есть я. А теперь — марш умываться. Ты ведь не можешь появиться во дворце заплаканная и вся в золе.
Самое удивительное, что девушка сразу поверила мне, немедленно успокоилась, крепко меня обняла и убежала приводить себя в порядок. Когда она вернулась, у дома уже стоял изящный эльфийский экипаж, и суровый седой оборотень запрягал в него тонконогих лошадок. Ах, как вспыхнули глаза моей подопечной! Но это было только начало. Я усадила ее на скамеечку и приказала домовому, которого сама же и поселила когда-то в этом доме, хорошенько расчесать ей волосы и заплести тонкие косички, а потом сама уложила их в прическу, какие в моде у фей, а людям кажутся непостижимо сложными и прекрасными. Потом пришел черед платья, и мне пришлось убеждать девушку, что оно действительно ее, ее собственное, и не исчезнет при прикосновении. Когда же все было готово и гномы в ливреях уже ждали у дверцы кареты, настал черед последнего подарка. Из своей сумки я извлекла пару башмачков из настоящего горного хрусталя. Как и все вещи фей, башмачки были волшебными и немного себе на уме, поэтому я твердо сказала им, что теперь они принадлежат моей крестнице и должны служить ей верой и правдой, как служили мне. Затем я помогла малышке обуться и пообещала, что теперь ей нечего бояться. В этих туфельках она никогда не заблудится и никогда не запнется даже в самом сложном танце.
— И последнее условие, милая. — Я обняла дрожащую от нервного возбуждения девушку. — С первым криком петуха волшебство исчезнет, потому что время магии — ночь. Я знаю, что королевские балы длятся до утра, но ты должна уйти оттуда раньше, чем прокричит первый петух. А теперь езжай, малышка, будь собой и будь счастлива.
Захлопнулись дверцы кареты, кучер лихо свистнул, келпи дружно ударили копытами — и вот уже только пыль над дорогой осталась от всего экипажа. Я вздохнула и отправилась в дом, чтобы с помощью жены гнома, домового и парочки задолжавших мне кобольдов выполнить оставленную девочке работу.

На следующий день я с нетерпением ждала крестницу в гости. Я уже выслушала жалобы повелителя цветочных эльфов, чью карету сбежавшие гномы бросили посреди дороги, и ворчание гномов, которым пришлось возвращаться домой пешком от самых дворцовых ворот, где карета потеряла волшебный облик. У оборотня претензий не было, и он с удовольствием посплетничал за чашкой чая обо всем, что видел, заглядывая в окна дворца вместе с другими кучерами и прочей прислугой. Поэтому я примерно представляла, как все было, и была несколько удивлена, когда крестница появилась на моем пороге в слезах, виновато опустив голову.
— Ах, крестная, — воскликнула она, только увидев меня. — Прости, прости меня. Мне так стыдно, ты сделала мне такой чудесный подарок, а я... я... я потеряла его. Я потеряла башмачок.
Мне оставалось только рассмеяться, усадить плачущую девушку рядом и поспешить успокоить ее.
— Что ты, милая, ты ни в чем не виновата. Я ведь говорила тебе, что эти башмачки волшебные. А это значит, что они никогда не могут потеряться. И этот обязательно к тебе вернется. Ты ведь сохранила второй?
Девушка торопливо кивнула и достала хрустальную туфельку из кармана фартука.
— Я спрятала наряд и украшения, крестная, но я обязательно верну их тебе.
— Ах, милая, они теперь твои, ты можешь делать с ними что захочешь. Лучше расскажи мне, как ты потеряла обувь. Видно, очень спешила?
Девушка опустила голову, пряча ярко вспыхнувшие щеки.
— А спешила ты потому, что забыла о времени, так?
— Что ты, крестная, я все помнила! Я бы выбралась из дворца пораньше, но Себастьян никак не хотел меня отпускать и...
— Себастьян?
— То есть... то есть Его Высочество принц. — Ее щеки вспыхнули еще ярче. — Он чудесный, крестная. И совсем простой, даже удивительно, и он сказал, что не любит обращения «Ваше Высочество» и все друзья зовут его Себастьяном. И что он хочет, чтобы я была его другом. И мы с ним танцевали. Несколько раз. А потом мы ели мороженое — он тоже любит мороженое, только, конечно, он принц и может есть его каждый день. А еще он любит книги. И звезды. И он рассказывал про свою поездку в Северные Королевства. Он так интересно рассказывает, крестная! А еще...
Я слушала, кивала, гладила мягкие светлые локоны и довольно улыбалась. Мое предчувствие оказалось верным, нужный момент не был упущен и моя девочка все сделала правильно. Потому что ей не нужно было ничего делать, просто оказаться в нужном месте и быть самой собой — солнечной и прекрасной девушкой. Если перед ее чарами не устояла старая фея, то какие шансы были у юного принца, в самом деле.
— Он такой замечательный, крестная, — меж тем продолжала девушка. — Он бы тебе обязательно понравился. Как жаль, что нам с ним больше не увидеться. Матушка уж точно больше никогда не позволит мне появиться во дворце. Она и сегодня была очень недовольна. Мне казалось, что она не узнала меня на балу, но сегодня она обыскала всю мою комнату и смотрела так недоверчиво. Но все равно... хорошо, что у меня будет хотя бы память об этом вечере.
— А может быть, не только память. — Я обняла крестницу, поцеловав золотистую макушку. — Ступай домой, милая, и ни о чем не беспокойся. Все обязательно будет хорошо, вот увидишь.
Когда на следующий день на всех перекрестках королевства объявили, что принц женится на той, кому придется впору хрустальная туфелька, я убедилась, что была права. Волшебные башмачки, конечно, бывают себе на уме, но они никогда не соскальзывают с ноги просто так. И они никогда не окажутся впору никому, кроме своей хозяйки.

Торопливый принц увез свое найденное сокровище сразу к себе во дворец. Но через пару дней крестница навестила меня и я удостоилась удовольствия быть представленной Его Высочеству принцу Себастьяну. Он оказался и впрямь хорошим мальчиком, и я окончательно успокоилась, поняв, что моя работа выполнена и отныне мою девочку больше никто не обидит.
Конечно, я была на их свадьбе, благословив молодых вместе со все еще приходящим в себя от такой новости лесничим и королевской четой.
Теперь, когда главное дело мое сделано, годы все быстрее берут свое и мне все тяжелее выбираться из кресла и держаться на ногах. Крестница зовет жить во дворце, но я не спешу принимать приглашение. Мне осталось не так уж много, и я так привыкла к этому домику. Совсем скоро я последний раз лягу в свою постель, чтобы уснуть навсегда. Этот момент не пугает меня, ведь я сделала все, что хотела. Почти все. Я очень хочу прожить еще немного, чтобы прийти к колыбели сына моей девочки. Мне нечего подарить ему, магия давно покинула меня, но желание взять его на руки хотя бы раз поддерживает во мне огонь жизни в последние дни. Может быть, именно это люди называют продолжением себя в детях?
Говорят, родительская любовь недоступна нам, феям. Не знаю, не знаю... Прожив так долго я все равно не могу вам сказать, что это такое и зачем она нужна. Я знаю лишь, что ни на миг не пожалела о том, что перестала быть феей и стала крестной.
Tags: осколки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments